новостной блог
последняя редакция статьи: 20-ноя-2017 16:43:57
Версия для печати Print
Просмотров:136

Либералы в России отрабатывают новый заказ

...кто и зачем поддерживает в раздувании языковой проблемы националистов Татарстана: версия...

 

Казанский кремль задействует новые персонажи, готовые выступать на стороне татарской этнократии в затянувшемся конфликте с федеральным центром по «языковому вопросу». На этот раз к ситуации «подключили» известного московского журналиста Максима Шевченко, который записал видеоролик в защиту принудительного обучения татарскому языку, оспорив таким образом рекомендацию президента РФ Владимира Путина. Для чего это делается, и зачем это нужно самому Максиму Леонардовичу?

 

Фигура Максима Шевченко в медийном плане достаточно известна: позиционируя себя как русский и православный, он, с одной стороны, выступает ярым приверженцем сохранения национально-территориального деления России, с другой, преподносит себя как сторонник русского консерватизма, понимаемого им, правда, почему-то в духе безоглядной исламофилии. Его оправдание массовой миграции из стран Центральной Азии в Россию принимает такие формы, что даже у нашего мусульманского духовенства возникает обеспокоенность. Однако Шевченко готов со всей своей экспрессией выступать в роли защитника мигрантов, причем даже в тех случаях, когда очевидно – именно мигранты виноваты в конфликте. Ряд экспертов давно включили Шевченко в число представителей федерального ваххабитского лобби в медийной среде. При этом сам Максим Леонардович всегда позиционирует себя как беззаветный сторонник Владимира Путина. Это порой выглядит просто анекдотично: например, критикуя борьбу с ваххабизмом на Северном Кавказе, которую ведут силовики, Шевченко старается подчеркнуть, что именно он – верный путинец, а вот в силовых ведомствах засели «агенты Госдепа».

 

Ранее Шевченко был частым гостем на Северном Кавказе, но в последние годы его стали регулярно приглашать на разного рода мероприятия и в Татарстан, где националисты, как и в начале суверенных 1990-х, пытаются раскачивать ситуацию. И это совершенно понятно: Шевченко всегда выступает в защиту «подлинного федерализма» и «национальной идентичности». Но только не русской.

 

Последнее стало очевидным, когда Шевченко выпустил соответствующее видеообращение «Зачем татарский язык русскому человеку?», в котором около 10 минут рассуждает о том, почему необходимо сохранить обязательное обучение татарскому в школах Татарстана, методично озвучивая при этом аргументы татарских националистов – сторонников «принудиловки».

 

Разберем монолог Максима Леонардовича подробнее.

 

Вначале он берется рассуждать о двух геополитических концепциях: одна – это западная, построенная на капиталистической эксплуатации, а в вторая – российская, которую он предлагает связывать с Золотой Ордой. «Есть концепция ордынская, где множество языков, цветущая сложность, подразумевает, что мы – не часть Запада, мы – уникальное политическое образование между Китаем и Европой, которое имеет собственную историю, мы – наследники Атиллы, Чингисхана, и народы, которые входили в армию Атиллы, Чингисхана и Ивана Грозного, это народы разные со своими языками, религиями, со своими исконными территориями, и поэтому федерализм является продолжение евразийской концепции развития России, наследия ордынцев, Чингисхана. Поэтому изучение языков является антиевропейской, антизападной концепцией развития Российской Федерации», – так издалека заходит Максим Шевченко, объясняя страстное желание властей Татарстана заставить всех школьников выучить татарский.

 

Как историк, напомню: во-первых, русские, равно как и современные поволжские татары, не имеют прямого отношения к Атилле, а во-вторых, зачем уходить в события 15-вековой давности? Обсуждают же современную языковую ситуацию в системе образования Татарстана, где население как раз отстаивает право на изучение родного русского языка в полном объеме, при этом не будучи противником того, чтобы все желающие изучали татарский, что и закреплено в федеральном законодательстве. Специалистам ничего неизвестно о языковой политике Атиллы, а также Чингисхана и Ивана Грозного: в их период системы всеобщего образования вообще не существовало. Кстати, противопоставляя Россию Западу, можно было бы для примера выбрать более подходящие исторические персонажи, а не те, которые прославились резней и жестокостью.

 

Впрочем, думаю, что такие «экскурсы в историю», не имеющие отношения к обсуждаемой проблеме, понадобились просто как демагогический прием – показать некую «глобальность» обсуждаемой чисто региональной проблемы.

 

«Зная татарский язык (мне очень жаль, что я не живу в Татарстане), я бы свободно себя чувствовал в Турции, в Азербайджане, в Узбекистане, в Туркменистане, в Киргизии и во многих других тюркских регионах». «Я бы общался с якутами, общался с хакасами, и общался бы даже с родиной Сергея Кужугетовича Шойгу, Тувой, где тоже тюркские языки. Огромная масса людей говорит на этом языке. Поэтому это вопрос совершенно не защиты русского языка, это вопрос двух концепций развития России: или мы приложение к Западу – огромная корпорация, которая в интересах правящих семей, новых патрициев, работает на мировой рынок, либо мы союз свободных народов с языками, территориями и историей», – на голубом глазу продолжает Шевченко.

 

Слушать эти пассажи Шевченко смешно любому, особенно татарину. Максим Леонардович, похоже, не в курсе, что татарский и тувинский языки – это как русский и польский: какие-то отдельные слова понять можно, но при общении татарин и тувинец друг друга не поймут, если, конечно, не перейдут на русский. То, что языки относятся к одной этнолингвистической группе, не означает, что их носители могут на них общаться.

 

К тому же странно предлагать школьникам, живущим в Татарстане, изучать татарский язык 11 лет в школе для того, чтобы поехать в Азербайджан или Туркмению. Очевидно, что мало кто из Татарстана вообще поедет в Ашхабад или Баку, а уж ехать, чтобы поболтать там на татарском… Тем более, что за все время обучения в школе познания по татарскому языку у подавляющего большинства школьников остаются на уровне двух десятков слов и выражений.

 

Сожаления Шевченко о том, что он не живет в Татарстане, а потому не имеет возможности выучить татарский язык, откровенно веселят. Так кто ж Вам, Максим Леонардович, мешает переехать на пару лет ради такой прекрасной цели? А можно и не переезжать – просто выучите татарский в Москве. В Интернете есть целый образовательный портал «Ана теле» («Родной язык»), финансируемый правительством Татарстана, пользуясь которым можно освоить татарский. Было бы желание, как говорится. Но желания учить татарский у Шевченко, как я подозреваю, вовсе нет.

 

«Я считаю, что ребенка надо нагружать всем тем, что развивает его мозги и помогает ему в жизни», – продолжает излагать Шевченко, у которого, насколько я знаю, нет своих детей, а потому ему не понять всю тяжесть проблемы родителей, которые часами просиживают над домашними заданиями по татарскому языку. Кстати, эти родители уверены, что часы, отводимые на татарский язык, можно перенаправить на изучение русского языка, который тоже, как ни странно, развивает мозги, но вот его знание поможет не в Азербайджане или Туркмении (хотя и там тоже), а в России, в реальной жизни.

 

«Помогает ли русскому мальчику или русской девочке, живущим в Татарстане, знание татарского языка? Да, безусловно, помогает. Вы по улице Тукая (Старотатарская слобода – прим. авт.) пройдитесь вечером, в центре Казани, если вам 15 лет. Если вы знаете татарский язык, у вас будет, условно говоря, один разговор с окружающей средой. Если вы не знаете, то это будет совсем другая, конфликтная ситуация. Так же в Челнах и Елабуге», – продолжает отливать пули Шевченко. Если поверить журналисту, то в Казани есть гетто, где подростки-татары бьют других за незнание татарского. Но такого не было даже во времена пресловутого «казанского феномена» тридцатилетней давности. Наоборот, все банды, орудовавшие тогда в Татарстане, были интернациональны. И общались между собой, как ни странно, на русском.

 

Подобные нелепости свидетельствуют: в «языковой проблеме» (по которой кстати, президентом РФ были даны четкие поручения сразу двум надзорным ведомствам) журналист Шевченко не разбирается совершенно. Или не хочет разобраться. И он, кстати, не одинок. Одним из старых, любимых приемов Казанского кремля является приглашение «независимых экспертов», которые должны своими заявлениями, интервью, выступлениями выразить полный «одобрямс» внутренней политике Татарстана. В Москве подобные выступления, естественно, мало кто услышит. А вот республиканские СМИ эти речи охотно транслируют. Но в этот раз в комментариях сами жители Татарстана указали на материальную заинтересованность столичного журналиста, выступившего апологетом «принудиловки» по татарскому языку.

 

Некоторые комментаторы там же резонно спрашивают: почему Шевченко, присутствовавший на заседании Совета по межнациональным отношениям в Йошкар-Оле 20 июля, на котором президент России заявил о недопустимости заставлять изучать кого-то неродной для него язык и сокращать часы на русский, не встал и не возразил Путину? Ведь мог же попросить слова, сказать, что президент ошибается, что не понимает ситуацию, и все наоборот – русским, живущим – в Татарстане, нужно учить татарский язык, независимо от того, хотят они этого или нет. Однако Максим Шевченко почему-то кивал головой вместе со всеми и Владимиру Путину не возражал.

 

Теперь же в глазах русского населения Татарстана Максим Шевченко лишь подтвердил свое реноме. Что касается «языковой проблемы» в Татарстане, то ее просто нет, но есть проблема фронды и национализма в руководстве республики. Ну и кризиса жанра политтехнологий, конечно. Иначе бы в Казанском кремле не стали прибегать к такому дешевому и старому приему как «вызов экспертов на дом». Нет, девочки, продлевать не будем. Возраст у вас уже не тот, да и время нынче другое.

 

Айдар Мубаракзянов, политолог

 

Источник: eadaily.com